Но неожиданно выяснилось, что авторов газетных и журнальных статей занимает не столько само иго, сколько его влияние на весь ход развития нашей страны, даже конкретно на сегодняшний день, а также на становление русского национального характера, психологического склада, приверженности к определенным идеалам и отсутствию различных (по большей части положительных) качеств у Ивановых, Петровых, Сидоровых.
При этом задевались не только политические, экономические, общественные, но и национальные аспекты нынешней и так непростой жизни. Ведь как понимает любой человек, - если речь идет об иге, то присутствуют, по меньшей мере, две стороны - угнетающая и страдающая. В сегодняшнем мире обе оказались в совершенно одинаковом положении, поэтому изложение точек зрения оппонентов происходило в основном на школьных дворах и далеко не в академических формах.
Во-вторых, в наступившей эпохе пересмотра ценностей далеко не последнюю роль играет и всеобщая мода на ниспровержение (часто безоглядное) устоявшихся канонов и авторитетов. Пожалуй, и само понятие авторитета, благодаря расцвету криминогенной обстановки, начало приобретать какой-то уголовно-рецидивный характер.
В-третьих, многие исторические построения до сегодняшнего дня выражались единственной аксиомной точкой зрения, не подлежащей сомнению. Никаких шагов влево, а тем более вправо; лучше стоять на месте. Так спокойней. Причем это была не просто официально признанная истина, а политизированная историография, опиравшаяся на марксизм. Если же учесть, что сам Маркс высказался конкретно по поводу монгольского ига, то, ясное дело, поставить под сомнение его мысли было ой как нелегко. Хотя иногда хотелось.
Но вот всем известные перемены в общественной жизни позволили историкам давать новые объяснения, отойти от штампованных стереотипов и высказать собственные мысли без озарения их светом последних решений и постановлений. Наличие в науке различных точек зрения всегда благо, исключительно способствующее ее развитию, поскольку выяснение истины обычно позволяет выявить что-то совсем новое и боле твердо и обоснованно отстоять старую точку зрения, которая далеко не всегда является заблуждением.
Итак, на сегодняшний день имеются две высказанные точки зрения по поводу монгольского ига на Руси в 13-15 вв. Первая – традиционная – утверждает, что иго было и принесенные им бедствия достаточно велики. Вторая придерживается противоположного мнения – нашествие Батыя на Русь было рядовым и сравнительно небольшим кочевническим набегом; никакого монгольского ига на Руси не было; более того, Русь с Золотой Ордой заключили взаимовыгодный союз, причем монголы даже оберегали русские княжества от нападений и помогали им в борьбе с врагами. Поскольку первая точка зрения ассоциируется с официальными историками, доверять которым нынче, по меньшей мере, считается легкомысленным, то вторая, по своей неожиданной противоположности, явной нестандартности и увлекательности парадоксальных построений, привлекла многочисленных сторонников.
В спорных случаях всегда естественнее обратиться не к аргументам противостоящих сторон, а к первоисточникам, то есть к летописям и археологическим материалам. Факты обычно бывают красноречивее интерпретаций.
Вначале выясним, кто же все-таки напал на Русь, - монголы или татары, а может быть монголо-татары, или татаро-монголы? Все русские летописи единогласно называют своих врагов татарами на протяжении всего времени знакомства с ними от битвы на реке Калке в 1223г. Но ознакомление с собственно монгольскими и китайскими материалами рисует несколько неожиданную для неспециалиста картину. В 12-13 вв. степи Центальной Азии населяли различные монголоязычные племена (найманы, монголы, кереиты, татары, меркиты и др.) Пи этом татары ближе других кочевали вдоль границ китайского государства, почему китайцы использовали их для охраны собственных пределов, естественно, за определенную плату. В результате в Китае хорошо знали именно ближайшее племя татар, перенеся их название на более северные монгольские племена, то есть этноним «татар» употребляется ими в качестве синонима европейскому понятию «варвары» Причем собственно татар китайцы называли «белыми татарами», а жившие севернее монгольские племена именовались «черными татарами», а обитавшие в еще более северных лесах обозначались «дикими татарами». Самого Чингисхана китайская историческая традиция относила к черным татарам.
В самом начале 13 века Чингисхан предпринял против собственно татар значительный по военным силам карательный поход в отместку за отравление своего отца. Сохранился приказ, который владыка монголов отдал воинам, предписав уничтожить всех ростом выше тележной оси. В результате такой бойни татары как военная и политическая сила были стерты с лица земли. Однако верные своей традиции китайцы продолжали именовать остальные монгольские племена татарами. При этом сами монголы никогда себя татарами не называли, что отметил путешественник 13 века Г. Рубрук. Из сказанного следует, что появившаяся в Европе в 1236 году армия хана Бату состояла из монгольских воинов, а татары в ней если и были, то единицы. Однако постоянно контактировавшие с китайцами хорезмские, арабские и европейские купцы принесли в Европу название «татары» еще до появления здесь войск Бату. Этот этноним утвердился на страницах всех европейских летописей, в соответствии с китайской традицией. И хотя Плано Карпини и Гильоме Рубрук, посетившие Монголию в 1240-1250 гг., выяснили ошибку, в Европе упорно продолжали именовать монголов татарами. А уже в 19 веке один учитель санкт-петербургской гимназии, не вникнув тщательно во все факты, написал, что на Европу напали два азиатских народа – монголы и татары. Таким образом, под пером человека, далекого от истории, возник никогда не существовавший союз двух народов, объединившихся для завоевания мира – монголо-татары. Первая часть в нем – самоназвание населения государства Чингисхана, вторая – то же самое в китайской исторической традиции. Это выглядит точно так же, как, если бы мы называли сейчас население Германии немцы-дойч. Следовательно, исторически обосновано именно употребление выражений: монгольское нашествие, монгольское иго, монгольское государство.
Что же касается современных татар, то они ни по происхождению, ни по языку не имеют совершенно никакого отношения к центрально-азиатским татарам 12-13 вв. Поволжские, крымские, астраханские и другие современные татары унаследовали от центрально-азиатских собственно татар лишь название. Это можно рассматривать и как исторический казус, которых встречается достаточно много, и как укоренившуюся традицию. Но они являются прямыми потомками населения Золотой Орды, хотя происхождение каждого из этих народов складывалось собственным довольно сложным путем из многих этнических компонентов при наличии двух основных общих элементов – исламской религии и тюркского языка.
Следующим вопросом, требующим уяснения, является определение численности вторгшегося в Европу войска Бату. От этого зависит классификация самого похода, - был он действительно нашествием или всего лишь одним из многих грабительских набегов кочевников. Из восточных источников известно, что решение о походе принималось на специальном съезде – курултае – всех членов дома Чингизидов и высшей степной аристократии Монголии в 1235 году. Главнокомандующим на нем был утвержден внук Чингисхана Бату и в помощь ему придано одиннадцать принцев с собственными военными силами, а также лучший монгольский полководец Субедей. Назначенная к походу армия готовилась целый год, ковалось оружие, изготавливались доспехи, накапливались продовольственные запасы, прежде чем она выступила на Запад. Нужно иметь в виду и то, что поход осуществлялся в полном соответствии с завещанием Чингисхана. Все это однозначно свидетельствует об организации широкомасштабного и долговременного нашествия, а не молниеносного грабительского набега.
Численность выступившей в Европу армии можно определить лишь крайне приблизительно по косвенным данным. Материалы последних исследований позволяют утверждать, что под знаменами хана Бату собралось около 65 тысяч человек. Действия монголов на Руси несомненно облегчала феодальная раздробленность, отсутствие единого мощного противостоящего войска, а также возможность штурма городов по одному. Разгромив Волжскую Болгарию, располагавшуюся в нижнем течении Камы, отряды Бату появились в конце 1237 года под Рязанью. Их предводители обратились ко всем «князем рязанским, просяще у них десятины во всем, во князех и в людех и в конех, десятое в белых, десятое в вороных, десятое в бурых, десятое в рыжих, десятое в пегих». На что получили достойный ответ: «коли нас не будет, то все ваше будет». Эти гордые слова практически стали общерусским лозунгом на весь период монгольского завоевания, - с 1237 по 1241 год.
Результаты нашествия для Северо-Восточной и Юго-Западной Руси были самые плачевные, что лаконично выражено в летописной записи: «живые завидовали спокойствию мертвых». Даже через 30 лет после нашествия 8 княжеств Северо-Восточной Руси имели только по одному городу (Белозерское, Костромское, Московское, Переяславское, Стародубское, Суздальское, Углицкое, Юрьевское). Лишь крайний северо-запад Руси (Новгород и Псков) избежал жестокого погрома, но не избежал последовавшего за этим порабощения. Монголы установили прямое властвование над половецким степным населением и опосредованное – через политические и экономические рычаги – над русским народом.
Русские княжества территориально не были включены в состав Золотой Орды, монголы не пытались присоединить их к собственному государству. Главная причина такого безразличия состояла в традиционном способе монгольского хозяйствования, основой которого было кочевое скотоводство. Но все русские княжества стали самым настоящим колониальным владением династии Джучидов, откуда непрерывным потоком шли разнообразные ресурсы – деньги, товары, люди.
Что же такое монгольское иго по отношению к Руси? Специально разработанный комплекс политических и экономических мероприятий, позволявших держать в зависимости целый народ. По сути дела это было продолжением начатой еще Чингисханом политики ограбления соседей. Правда, сам основатель этой доктрины действовал менее изощренными и более дикими способами: опустошать, уничтожить полностью города и их население, а освободившиеся после этого территории отводить под выпас монгольского скота. В целом это напоминает знаменитую много позже «политику выжженной земли». Лишь после смерти Чингисхана умнейший кидань Елюй Чуцай надоумил его наследников не сравнивать с землей завоеванные города, засевая их ячменем, а великодушно дарить покоренным народам жизнь, облагая их данью в пользу имперской казны. Цифровые выкладки Елюй Чуцая, раскрывшие выгоды такой политики, повергли преемника Чингисхана Угедея в такой восторг и изумление, что предложение министра, несмотря на его полное противоречие завещанию Великого Предка, было с благосклонностью принято. Это была своеобразная новая экономическая политика, выгоды которой быстро постигла вся степная аристократия, несмотря на величайший пиетет и прямое обожествление основателя Монгольской империи. Именно отсюда и произрастают корни того явления, которое получило наименование «монгольское иго».
Оно возникло не как исключительное и изощренное изобретение только для русских княжеств, - это была политика чингизидов в отношении всех завоеванных народов, основы которой разрабатывались задолго до похода на Русь. Можно называть это «игом», «гнетом», «угнетением», «комплексом политических и экономических мер» - внутренняя суть явления не изменится – отношения завоевателя и побежденного. Русскую специфику составляла лишь одна черта – сам угнетатель жил вдалеке, а не среди покоренного народа. Известный мыслитель прошлого века Н.Я.Данилевский в своей книге «Россия и Европа» называет такую ситуацию «коллективным рабством». По сути это верно, хотя звучит более эмоционально по сравнению с коротким словом «иго».
Возникновению именно этого термина мы обязаны Н.М.Карамзину, который писал: «Государи наши торжественно отреклись от прав народа независимого и склонили выю под иго варваров». В чем же конкретно заключалось монгольское иго на Руси?
Естественно, что особо интересна оценка его современниками, непосредственно соприкоснувшимися с ним семьсот лет назад. Яркие впечатления оставил монах-дипломат Плано Карпини, побывавший на Руси и в Золотой Орде в 1245 году. Даже через 5 лет после монгольского погрома он видел «бесчисленные головы и кости мертвых людей, лежавшие на поле», а от огромного Киева сохранилось лишь 200 домов, жителей которых завоеватели держали «в самом тяжелом рабстве». А вот и конкретные наблюдения относительно организации монгольского властвования. «В бытность нашу в Руссии был прислан туда один сарацин, как говорили, из партии Куюк-хана и Бату, и этот наместник у всякого человека, имевшего трех сыновей, брал одного, как нам говорили впоследствии, вместе с тем он уводил всех мужчин, не имевших жен, и точно также поступал с женщинами, не имевшими законных мужей, а равным образом выселял он и бедных, которые снискивали себе пропитание нищенством. Остальных же, согласно своему обычаю, пересчитал, приказывая, чтобы каждый, как малый, так и большой, даже однодневный младенец, или бедный, или богатый, платил такую дань, именно, чтобы он давал одну шкуру белого медведя, одного черного бобра, одного черного соболя… И всякий, кто не даст этого, должен быть отведен к татарам и обращен в их рабство». Эту выразительную картину Карпини усиливает еще и общим произволом монголов по отношению к русскому населению: «Сверх того, они требуют и забирают без всякого условия золото и серебро и другое, что угодно и сколько угодно».
Через 10 лет после Карпини в этих же местах побывал другой монах-дипломат – Гильоме Рубрук. Его свидетельства о монгольском иге не менее выразительны. Оценивая ситуацию на Руси в целом, он сообщает, что вся она «опустошена татарами и поныне ежедневно опустошается ими». Описывая тяжести выплаты дани, Рубрук добавляет: «Когда русские не могут больше дать золота или серебра, татары уводят их и их малюток, как стада, в пустыню, чтобы караулить их животных». Причем тяжесть ига испытывали не отдельные слои русского общества, а поголовно все население, кроме духовенства. Это нашло концентрированное отражение в песне 14 века «О Щелкане», основанной на событиях антимонгольского восстания тверичей в 1327 году:
Брал он, млад Щелкан,
Дани – невыходы,
Царски невыплаты:
С князей брал по сту рублев,
С бояр по пятидесят,
С крестьян по пяти рублев,
У которого денег нет,
У того дитя возьмет,
У которого дитя нет,
У того жену возьмет,
У которого жены-то нет,
Того самого головой возьмет.
Баскаки - картину написал русский художник Сергей Васильевич Иванов (1864-1910), уроженец города Руза
Все эти свидетельства позволяют расценивать монгольскую политику на Руси именно как иго, то есть властвование завоевателей фактически было беспредельным произволом и базировалось исключительно на полнейшем беззаконии, беззастенчивом попрании всех прав и грубой силе. Система договоров и выдававшихся ханами ярлыков могла быть нарушена в любой момент в связи с каким-нибудь незначительным поводом, а то и вовсе беспочвенно. Установлено иго на Руси было путем завоевания, а поддерживалось оно целым рядом специальных мер, проводившихся общеимперским правительством, располагавшимся в монгольской столице Каракоруме, и золотоордынскими ханами, обосновавшимися в Сарае на нижней Волге.
Первым делом монголы восстановили значение титула великого князя Владимирского, который значительно потускнел в усобицах конца 12 – начала 13 вв. Теперь притягательность Владимирского стола состоит не только в общерусской политической власти, но и в многочисленных выгодах, связанных со сбором дани, прямыми связями с ханами и извлекаемыми отсюда возможностями по расширению собственных владений. Желание русских князей верховенствовать на Владимирском столе монголы превратили в основной принцип древнеримской политики «разделяй и властвуй». В результате объединительные тенденции русских княжеств были отодвинуты более чем на 100 лет.
Следующий шаг в укреплении ига на русских землях был предпринят в 50-е годы 13 века. Он состоял в централизованном проведении переписи всего населения для определения суммы дани. Для этого на Русь приехали из Каракорума специальные чиновники, которых русские летописи называют «численниками». Перепись вызвала возмущение населения, видевшего не только признак экономического закабаления, но и моральное унижение с непонятными, но явно погаными, колдовскими последствиями. Наибольшее возмущение перепись вызвала в Новгороде, в связи с чем ханских численников вынужден был лично сопровождать Александр Невский. Несмотря на эксцессы, перепись была закончена и одним из результатов её стала постановка десятников и сотников, то есть организация всего населения по тому же принципу, который был введен Чингисханом в военизированной Монголии. Кроме того, во всех княжествах были введены должности баскаков – специальных ханских наместников, обладавших неограниченными правами. Во главе всей организации монгольского властвования на Руси стоял великий владимирский баскак. До сих пор на русских картах можно найти множество населенных пунктов с названием Баскаково.
Наконец, монголы постоянно подтверждали свою власть и волю на Руси периодической организацией военных походов. Одни из них имели конкретный чисто карательный характер – наказать какого-либо князя, другие охватывали огромные территории сразу нескольких княжеств. Те и другие всегда кончались поголовным грабежом и угоном пленных и скота в Орду. Только на протяжении 13 века русские летописи сообщают о полутора десятках различных по тяжести последствий нападений на княжества Северо-Восточной и Юго-Западной Руси. Наибольше разорение принесли рати Неврюя 1252 года и Дюдена 1293 года. Карательный поход под руководством Дюдена охватил территорию от Ростова до тверских владений, подвергнув уничтожению и грабежу 14 городов. При этом монголы не просто нападали, но и лишали возможности обороняться, о чем свидетельствует их требование уничтожить все крепостные сооружения вокруг галицко-волынских городов.
Проводимая на Руси политика военного запугивания не оставалась в навсегда застывших формах. Она изменялась и приспосабливалась к новым ситуациям, возникавшим на всем протяжении существования монгольского ига. В 14 веке было упразднено баскачество и перестало практиковаться отправление на Русь крупных военных соединений с карательными целями. Вместо этого хан Узбек делает основной упор на запугивание князей, развязывая против них самый настоящий террор, пытаясь этим утихомирить одних и добиться повиновения других. В 1318 году был убит Михаил Александрович Тверской, в 1326 г. Дмитрий Михайлович Тверской и Александр Новосельский, в 1327 – Иван Ярославич Рязанский, в 1330 – Федор Стародубский, в 1339 – Александр Михайлович Тверской и его сын Федор. Наряду с этим теперь практикуется посылка на Русь не крупных воинских соединений, а небольших посольств, перед которыми ставятся конкретные задачи давления на определенного князя. В результате Узбек добивается главного – увеличения дани, получаемой с Руси.
Естественно, возникает вопрос и о конкретной цифре, в которой выражалась получаемая с Руси дань. При ее исчислении нельзя забывать, что, кроме чисто денежных сборов, были и различные повинности типа ямской, обязательного и полного обслуживания многочисленных послов и их сопровождения, поставка в золотоордынскую армию воинских отрядов в полном вооружении и т.п. Что же касается чисто денежной стороны, в некоторых документах фигурирует сумма в 5 тысяч рублей, собираемых с северо-восточных княжеств. В весовом значении эта цифра превышала тонну серебра, что в масштабе цен 14 века составляло огромную сумму. Что давали эти деньги Золотой Орде, говорит следующий факт. В конце 14 века в княжествах Северо-Восточной Руси было около 50 городов. А в Золотой Орде в середине 14 века насчитывалось 110 городов, как основанных самими монголами, так и отстроенных заново после завоевательных походов хана Бату. Значительная часть этих городов была выстроена на русское серебро и руками пленных мастеров.
Еще один отчетливо проявившийся аспект монгольского ига состоял в ослаблении общегосударственной территориальной структуры. Это привело к фактическому разделению Северо-Восточной и Юго-Западной Руси. Это же привело и к резкому упадку международной значимости Руси, ее авторитета на европейской арене. Несомненно, что нападения шведов на Неве в 1240 году и немцев на Чудском озере в 1242 году были следствием монгольского погрома. Шведы и немцы прекрасно знали, что Новгороду и Пскову никто не сможет помочь. Для этого просто не было сил, все было голо, босо, безоружно. Этой же ситуацией воспользовались и Литва, захватывая владения русских княжеств. О таких фактах упоминает Карпини, добавляя при этом - «так как большая часть людей Руссии была перебита татарами или отведена в плен, то они поэтому не могли оказать им сильное сопротивление».
В связи с этим совершенно необоснованно звучат утверждения о якобы существовавшем тесном союзе между Русью и Ордой и полной взаимной поддержке. Почему китайцы, персы, арабы, афганцы, аланы, разноплеменное население Дагестана, - все боролись против гнета завоевателей? А русскому народу и его князьям, выходит, настолько нравилась политическая зависимость от монголов, настолько пришлось по душе экономическое угнетение, что Русь даже с радостью стала союзницей Золотой Орды. За такими утверждениями нет никаких фактов и сколько-нибудь серьезных доказательств. Стоит лишь вспомнить, сколько трепетной, желанной, но несбыточной надежды вложено в короткую фразу всех завещаний русских князей: «А переменит Бог Орду»… И только Куликовская битва показала, что Орду может переменить лишь объединение всей Руси в единое мощное целое…
Нужно сказать и о том, что монгольское иго резко изменило направление развития Руси. Для примера можно предположить следующие коллизии.
1) Если бы не было монгольского ига, то столицей России стал бы Владимир, а не Москва.
2) Если бы не было монгольского ига, то не было бы Украины и Белоруссии.
3) Если бы не было монгольского ига, то объединение русских княжеств произошло бы на рубеже 13 и 14 веков.
4) Если бы не было монгольского ига, то Россия уже в 14 веке начала бы проявлять самое пристальное внимание в западном направлении.
Молодые ревнители истории набираются ума-разума, внимая словам Вадима Егорова
В заключение хочется отметить, что хотя сегодняшняя наука и публицистика более чем критично относится к Марксу, но все же нужно признать, что самое краткое, емкое и точное определение монгольского ига на Руси принадлежит именно ему: «Оно не только подавляло, но и оскорбляло и иссушало душу народа, ставшего его жертвой». Иногда кажется, что душа этого народа до сих пор не освободилась от потрясения, вызванного семьсот лет тому назад, поскольку, по словам А. Блока: «Наш путь – стрелой татарской древней воли пронзил нам грудь».
При этом задевались не только политические, экономические, общественные, но и национальные аспекты нынешней и так непростой жизни. Ведь как понимает любой человек, - если речь идет об иге, то присутствуют, по меньшей мере, две стороны - угнетающая и страдающая. В сегодняшнем мире обе оказались в совершенно одинаковом положении, поэтому изложение точек зрения оппонентов происходило в основном на школьных дворах и далеко не в академических формах.
Во-вторых, в наступившей эпохе пересмотра ценностей далеко не последнюю роль играет и всеобщая мода на ниспровержение (часто безоглядное) устоявшихся канонов и авторитетов. Пожалуй, и само понятие авторитета, благодаря расцвету криминогенной обстановки, начало приобретать какой-то уголовно-рецидивный характер.
В-третьих, многие исторические построения до сегодняшнего дня выражались единственной аксиомной точкой зрения, не подлежащей сомнению. Никаких шагов влево, а тем более вправо; лучше стоять на месте. Так спокойней. Причем это была не просто официально признанная истина, а политизированная историография, опиравшаяся на марксизм. Если же учесть, что сам Маркс высказался конкретно по поводу монгольского ига, то, ясное дело, поставить под сомнение его мысли было ой как нелегко. Хотя иногда хотелось.
Но вот всем известные перемены в общественной жизни позволили историкам давать новые объяснения, отойти от штампованных стереотипов и высказать собственные мысли без озарения их светом последних решений и постановлений. Наличие в науке различных точек зрения всегда благо, исключительно способствующее ее развитию, поскольку выяснение истины обычно позволяет выявить что-то совсем новое и боле твердо и обоснованно отстоять старую точку зрения, которая далеко не всегда является заблуждением.
Итак, на сегодняшний день имеются две высказанные точки зрения по поводу монгольского ига на Руси в 13-15 вв. Первая – традиционная – утверждает, что иго было и принесенные им бедствия достаточно велики. Вторая придерживается противоположного мнения – нашествие Батыя на Русь было рядовым и сравнительно небольшим кочевническим набегом; никакого монгольского ига на Руси не было; более того, Русь с Золотой Ордой заключили взаимовыгодный союз, причем монголы даже оберегали русские княжества от нападений и помогали им в борьбе с врагами. Поскольку первая точка зрения ассоциируется с официальными историками, доверять которым нынче, по меньшей мере, считается легкомысленным, то вторая, по своей неожиданной противоположности, явной нестандартности и увлекательности парадоксальных построений, привлекла многочисленных сторонников.
В спорных случаях всегда естественнее обратиться не к аргументам противостоящих сторон, а к первоисточникам, то есть к летописям и археологическим материалам. Факты обычно бывают красноречивее интерпретаций.
Вначале выясним, кто же все-таки напал на Русь, - монголы или татары, а может быть монголо-татары, или татаро-монголы? Все русские летописи единогласно называют своих врагов татарами на протяжении всего времени знакомства с ними от битвы на реке Калке в 1223г. Но ознакомление с собственно монгольскими и китайскими материалами рисует несколько неожиданную для неспециалиста картину. В 12-13 вв. степи Центальной Азии населяли различные монголоязычные племена (найманы, монголы, кереиты, татары, меркиты и др.) Пи этом татары ближе других кочевали вдоль границ китайского государства, почему китайцы использовали их для охраны собственных пределов, естественно, за определенную плату. В результате в Китае хорошо знали именно ближайшее племя татар, перенеся их название на более северные монгольские племена, то есть этноним «татар» употребляется ими в качестве синонима европейскому понятию «варвары» Причем собственно татар китайцы называли «белыми татарами», а жившие севернее монгольские племена именовались «черными татарами», а обитавшие в еще более северных лесах обозначались «дикими татарами». Самого Чингисхана китайская историческая традиция относила к черным татарам.
В самом начале 13 века Чингисхан предпринял против собственно татар значительный по военным силам карательный поход в отместку за отравление своего отца. Сохранился приказ, который владыка монголов отдал воинам, предписав уничтожить всех ростом выше тележной оси. В результате такой бойни татары как военная и политическая сила были стерты с лица земли. Однако верные своей традиции китайцы продолжали именовать остальные монгольские племена татарами. При этом сами монголы никогда себя татарами не называли, что отметил путешественник 13 века Г. Рубрук. Из сказанного следует, что появившаяся в Европе в 1236 году армия хана Бату состояла из монгольских воинов, а татары в ней если и были, то единицы. Однако постоянно контактировавшие с китайцами хорезмские, арабские и европейские купцы принесли в Европу название «татары» еще до появления здесь войск Бату. Этот этноним утвердился на страницах всех европейских летописей, в соответствии с китайской традицией. И хотя Плано Карпини и Гильоме Рубрук, посетившие Монголию в 1240-1250 гг., выяснили ошибку, в Европе упорно продолжали именовать монголов татарами. А уже в 19 веке один учитель санкт-петербургской гимназии, не вникнув тщательно во все факты, написал, что на Европу напали два азиатских народа – монголы и татары. Таким образом, под пером человека, далекого от истории, возник никогда не существовавший союз двух народов, объединившихся для завоевания мира – монголо-татары. Первая часть в нем – самоназвание населения государства Чингисхана, вторая – то же самое в китайской исторической традиции. Это выглядит точно так же, как, если бы мы называли сейчас население Германии немцы-дойч. Следовательно, исторически обосновано именно употребление выражений: монгольское нашествие, монгольское иго, монгольское государство.
Что же касается современных татар, то они ни по происхождению, ни по языку не имеют совершенно никакого отношения к центрально-азиатским татарам 12-13 вв. Поволжские, крымские, астраханские и другие современные татары унаследовали от центрально-азиатских собственно татар лишь название. Это можно рассматривать и как исторический казус, которых встречается достаточно много, и как укоренившуюся традицию. Но они являются прямыми потомками населения Золотой Орды, хотя происхождение каждого из этих народов складывалось собственным довольно сложным путем из многих этнических компонентов при наличии двух основных общих элементов – исламской религии и тюркского языка.
Следующим вопросом, требующим уяснения, является определение численности вторгшегося в Европу войска Бату. От этого зависит классификация самого похода, - был он действительно нашествием или всего лишь одним из многих грабительских набегов кочевников. Из восточных источников известно, что решение о походе принималось на специальном съезде – курултае – всех членов дома Чингизидов и высшей степной аристократии Монголии в 1235 году. Главнокомандующим на нем был утвержден внук Чингисхана Бату и в помощь ему придано одиннадцать принцев с собственными военными силами, а также лучший монгольский полководец Субедей. Назначенная к походу армия готовилась целый год, ковалось оружие, изготавливались доспехи, накапливались продовольственные запасы, прежде чем она выступила на Запад. Нужно иметь в виду и то, что поход осуществлялся в полном соответствии с завещанием Чингисхана. Все это однозначно свидетельствует об организации широкомасштабного и долговременного нашествия, а не молниеносного грабительского набега.
Численность выступившей в Европу армии можно определить лишь крайне приблизительно по косвенным данным. Материалы последних исследований позволяют утверждать, что под знаменами хана Бату собралось около 65 тысяч человек. Действия монголов на Руси несомненно облегчала феодальная раздробленность, отсутствие единого мощного противостоящего войска, а также возможность штурма городов по одному. Разгромив Волжскую Болгарию, располагавшуюся в нижнем течении Камы, отряды Бату появились в конце 1237 года под Рязанью. Их предводители обратились ко всем «князем рязанским, просяще у них десятины во всем, во князех и в людех и в конех, десятое в белых, десятое в вороных, десятое в бурых, десятое в рыжих, десятое в пегих». На что получили достойный ответ: «коли нас не будет, то все ваше будет». Эти гордые слова практически стали общерусским лозунгом на весь период монгольского завоевания, - с 1237 по 1241 год.
Результаты нашествия для Северо-Восточной и Юго-Западной Руси были самые плачевные, что лаконично выражено в летописной записи: «живые завидовали спокойствию мертвых». Даже через 30 лет после нашествия 8 княжеств Северо-Восточной Руси имели только по одному городу (Белозерское, Костромское, Московское, Переяславское, Стародубское, Суздальское, Углицкое, Юрьевское). Лишь крайний северо-запад Руси (Новгород и Псков) избежал жестокого погрома, но не избежал последовавшего за этим порабощения. Монголы установили прямое властвование над половецким степным населением и опосредованное – через политические и экономические рычаги – над русским народом.
Русские княжества территориально не были включены в состав Золотой Орды, монголы не пытались присоединить их к собственному государству. Главная причина такого безразличия состояла в традиционном способе монгольского хозяйствования, основой которого было кочевое скотоводство. Но все русские княжества стали самым настоящим колониальным владением династии Джучидов, откуда непрерывным потоком шли разнообразные ресурсы – деньги, товары, люди.
Что же такое монгольское иго по отношению к Руси? Специально разработанный комплекс политических и экономических мероприятий, позволявших держать в зависимости целый народ. По сути дела это было продолжением начатой еще Чингисханом политики ограбления соседей. Правда, сам основатель этой доктрины действовал менее изощренными и более дикими способами: опустошать, уничтожить полностью города и их население, а освободившиеся после этого территории отводить под выпас монгольского скота. В целом это напоминает знаменитую много позже «политику выжженной земли». Лишь после смерти Чингисхана умнейший кидань Елюй Чуцай надоумил его наследников не сравнивать с землей завоеванные города, засевая их ячменем, а великодушно дарить покоренным народам жизнь, облагая их данью в пользу имперской казны. Цифровые выкладки Елюй Чуцая, раскрывшие выгоды такой политики, повергли преемника Чингисхана Угедея в такой восторг и изумление, что предложение министра, несмотря на его полное противоречие завещанию Великого Предка, было с благосклонностью принято. Это была своеобразная новая экономическая политика, выгоды которой быстро постигла вся степная аристократия, несмотря на величайший пиетет и прямое обожествление основателя Монгольской империи. Именно отсюда и произрастают корни того явления, которое получило наименование «монгольское иго».
Оно возникло не как исключительное и изощренное изобретение только для русских княжеств, - это была политика чингизидов в отношении всех завоеванных народов, основы которой разрабатывались задолго до похода на Русь. Можно называть это «игом», «гнетом», «угнетением», «комплексом политических и экономических мер» - внутренняя суть явления не изменится – отношения завоевателя и побежденного. Русскую специфику составляла лишь одна черта – сам угнетатель жил вдалеке, а не среди покоренного народа. Известный мыслитель прошлого века Н.Я.Данилевский в своей книге «Россия и Европа» называет такую ситуацию «коллективным рабством». По сути это верно, хотя звучит более эмоционально по сравнению с коротким словом «иго».
Возникновению именно этого термина мы обязаны Н.М.Карамзину, который писал: «Государи наши торжественно отреклись от прав народа независимого и склонили выю под иго варваров». В чем же конкретно заключалось монгольское иго на Руси?
Естественно, что особо интересна оценка его современниками, непосредственно соприкоснувшимися с ним семьсот лет назад. Яркие впечатления оставил монах-дипломат Плано Карпини, побывавший на Руси и в Золотой Орде в 1245 году. Даже через 5 лет после монгольского погрома он видел «бесчисленные головы и кости мертвых людей, лежавшие на поле», а от огромного Киева сохранилось лишь 200 домов, жителей которых завоеватели держали «в самом тяжелом рабстве». А вот и конкретные наблюдения относительно организации монгольского властвования. «В бытность нашу в Руссии был прислан туда один сарацин, как говорили, из партии Куюк-хана и Бату, и этот наместник у всякого человека, имевшего трех сыновей, брал одного, как нам говорили впоследствии, вместе с тем он уводил всех мужчин, не имевших жен, и точно также поступал с женщинами, не имевшими законных мужей, а равным образом выселял он и бедных, которые снискивали себе пропитание нищенством. Остальных же, согласно своему обычаю, пересчитал, приказывая, чтобы каждый, как малый, так и большой, даже однодневный младенец, или бедный, или богатый, платил такую дань, именно, чтобы он давал одну шкуру белого медведя, одного черного бобра, одного черного соболя… И всякий, кто не даст этого, должен быть отведен к татарам и обращен в их рабство». Эту выразительную картину Карпини усиливает еще и общим произволом монголов по отношению к русскому населению: «Сверх того, они требуют и забирают без всякого условия золото и серебро и другое, что угодно и сколько угодно».
Через 10 лет после Карпини в этих же местах побывал другой монах-дипломат – Гильоме Рубрук. Его свидетельства о монгольском иге не менее выразительны. Оценивая ситуацию на Руси в целом, он сообщает, что вся она «опустошена татарами и поныне ежедневно опустошается ими». Описывая тяжести выплаты дани, Рубрук добавляет: «Когда русские не могут больше дать золота или серебра, татары уводят их и их малюток, как стада, в пустыню, чтобы караулить их животных». Причем тяжесть ига испытывали не отдельные слои русского общества, а поголовно все население, кроме духовенства. Это нашло концентрированное отражение в песне 14 века «О Щелкане», основанной на событиях антимонгольского восстания тверичей в 1327 году:
Брал он, млад Щелкан,
Дани – невыходы,
Царски невыплаты:
С князей брал по сту рублев,
С бояр по пятидесят,
С крестьян по пяти рублев,
У которого денег нет,
У того дитя возьмет,
У которого дитя нет,
У того жену возьмет,
У которого жены-то нет,
Того самого головой возьмет.
Баскаки - картину написал русский художник Сергей Васильевич Иванов (1864-1910), уроженец города Руза
Все эти свидетельства позволяют расценивать монгольскую политику на Руси именно как иго, то есть властвование завоевателей фактически было беспредельным произволом и базировалось исключительно на полнейшем беззаконии, беззастенчивом попрании всех прав и грубой силе. Система договоров и выдававшихся ханами ярлыков могла быть нарушена в любой момент в связи с каким-нибудь незначительным поводом, а то и вовсе беспочвенно. Установлено иго на Руси было путем завоевания, а поддерживалось оно целым рядом специальных мер, проводившихся общеимперским правительством, располагавшимся в монгольской столице Каракоруме, и золотоордынскими ханами, обосновавшимися в Сарае на нижней Волге.
Первым делом монголы восстановили значение титула великого князя Владимирского, который значительно потускнел в усобицах конца 12 – начала 13 вв. Теперь притягательность Владимирского стола состоит не только в общерусской политической власти, но и в многочисленных выгодах, связанных со сбором дани, прямыми связями с ханами и извлекаемыми отсюда возможностями по расширению собственных владений. Желание русских князей верховенствовать на Владимирском столе монголы превратили в основной принцип древнеримской политики «разделяй и властвуй». В результате объединительные тенденции русских княжеств были отодвинуты более чем на 100 лет.
Следующий шаг в укреплении ига на русских землях был предпринят в 50-е годы 13 века. Он состоял в централизованном проведении переписи всего населения для определения суммы дани. Для этого на Русь приехали из Каракорума специальные чиновники, которых русские летописи называют «численниками». Перепись вызвала возмущение населения, видевшего не только признак экономического закабаления, но и моральное унижение с непонятными, но явно погаными, колдовскими последствиями. Наибольшее возмущение перепись вызвала в Новгороде, в связи с чем ханских численников вынужден был лично сопровождать Александр Невский. Несмотря на эксцессы, перепись была закончена и одним из результатов её стала постановка десятников и сотников, то есть организация всего населения по тому же принципу, который был введен Чингисханом в военизированной Монголии. Кроме того, во всех княжествах были введены должности баскаков – специальных ханских наместников, обладавших неограниченными правами. Во главе всей организации монгольского властвования на Руси стоял великий владимирский баскак. До сих пор на русских картах можно найти множество населенных пунктов с названием Баскаково.
Наконец, монголы постоянно подтверждали свою власть и волю на Руси периодической организацией военных походов. Одни из них имели конкретный чисто карательный характер – наказать какого-либо князя, другие охватывали огромные территории сразу нескольких княжеств. Те и другие всегда кончались поголовным грабежом и угоном пленных и скота в Орду. Только на протяжении 13 века русские летописи сообщают о полутора десятках различных по тяжести последствий нападений на княжества Северо-Восточной и Юго-Западной Руси. Наибольше разорение принесли рати Неврюя 1252 года и Дюдена 1293 года. Карательный поход под руководством Дюдена охватил территорию от Ростова до тверских владений, подвергнув уничтожению и грабежу 14 городов. При этом монголы не просто нападали, но и лишали возможности обороняться, о чем свидетельствует их требование уничтожить все крепостные сооружения вокруг галицко-волынских городов.
Проводимая на Руси политика военного запугивания не оставалась в навсегда застывших формах. Она изменялась и приспосабливалась к новым ситуациям, возникавшим на всем протяжении существования монгольского ига. В 14 веке было упразднено баскачество и перестало практиковаться отправление на Русь крупных военных соединений с карательными целями. Вместо этого хан Узбек делает основной упор на запугивание князей, развязывая против них самый настоящий террор, пытаясь этим утихомирить одних и добиться повиновения других. В 1318 году был убит Михаил Александрович Тверской, в 1326 г. Дмитрий Михайлович Тверской и Александр Новосельский, в 1327 – Иван Ярославич Рязанский, в 1330 – Федор Стародубский, в 1339 – Александр Михайлович Тверской и его сын Федор. Наряду с этим теперь практикуется посылка на Русь не крупных воинских соединений, а небольших посольств, перед которыми ставятся конкретные задачи давления на определенного князя. В результате Узбек добивается главного – увеличения дани, получаемой с Руси.
Естественно, возникает вопрос и о конкретной цифре, в которой выражалась получаемая с Руси дань. При ее исчислении нельзя забывать, что, кроме чисто денежных сборов, были и различные повинности типа ямской, обязательного и полного обслуживания многочисленных послов и их сопровождения, поставка в золотоордынскую армию воинских отрядов в полном вооружении и т.п. Что же касается чисто денежной стороны, в некоторых документах фигурирует сумма в 5 тысяч рублей, собираемых с северо-восточных княжеств. В весовом значении эта цифра превышала тонну серебра, что в масштабе цен 14 века составляло огромную сумму. Что давали эти деньги Золотой Орде, говорит следующий факт. В конце 14 века в княжествах Северо-Восточной Руси было около 50 городов. А в Золотой Орде в середине 14 века насчитывалось 110 городов, как основанных самими монголами, так и отстроенных заново после завоевательных походов хана Бату. Значительная часть этих городов была выстроена на русское серебро и руками пленных мастеров.
Еще один отчетливо проявившийся аспект монгольского ига состоял в ослаблении общегосударственной территориальной структуры. Это привело к фактическому разделению Северо-Восточной и Юго-Западной Руси. Это же привело и к резкому упадку международной значимости Руси, ее авторитета на европейской арене. Несомненно, что нападения шведов на Неве в 1240 году и немцев на Чудском озере в 1242 году были следствием монгольского погрома. Шведы и немцы прекрасно знали, что Новгороду и Пскову никто не сможет помочь. Для этого просто не было сил, все было голо, босо, безоружно. Этой же ситуацией воспользовались и Литва, захватывая владения русских княжеств. О таких фактах упоминает Карпини, добавляя при этом - «так как большая часть людей Руссии была перебита татарами или отведена в плен, то они поэтому не могли оказать им сильное сопротивление».
В связи с этим совершенно необоснованно звучат утверждения о якобы существовавшем тесном союзе между Русью и Ордой и полной взаимной поддержке. Почему китайцы, персы, арабы, афганцы, аланы, разноплеменное население Дагестана, - все боролись против гнета завоевателей? А русскому народу и его князьям, выходит, настолько нравилась политическая зависимость от монголов, настолько пришлось по душе экономическое угнетение, что Русь даже с радостью стала союзницей Золотой Орды. За такими утверждениями нет никаких фактов и сколько-нибудь серьезных доказательств. Стоит лишь вспомнить, сколько трепетной, желанной, но несбыточной надежды вложено в короткую фразу всех завещаний русских князей: «А переменит Бог Орду»… И только Куликовская битва показала, что Орду может переменить лишь объединение всей Руси в единое мощное целое…
Нужно сказать и о том, что монгольское иго резко изменило направление развития Руси. Для примера можно предположить следующие коллизии.
1) Если бы не было монгольского ига, то столицей России стал бы Владимир, а не Москва.
2) Если бы не было монгольского ига, то не было бы Украины и Белоруссии.
3) Если бы не было монгольского ига, то объединение русских княжеств произошло бы на рубеже 13 и 14 веков.
4) Если бы не было монгольского ига, то Россия уже в 14 веке начала бы проявлять самое пристальное внимание в западном направлении.
Молодые ревнители истории набираются ума-разума, внимая словам Вадима Егорова
В заключение хочется отметить, что хотя сегодняшняя наука и публицистика более чем критично относится к Марксу, но все же нужно признать, что самое краткое, емкое и точное определение монгольского ига на Руси принадлежит именно ему: «Оно не только подавляло, но и оскорбляло и иссушало душу народа, ставшего его жертвой». Иногда кажется, что душа этого народа до сих пор не освободилась от потрясения, вызванного семьсот лет тому назад, поскольку, по словам А. Блока: «Наш путь – стрелой татарской древней воли пронзил нам грудь».
