У вас всегда есть возможность хотя бы в соответствии с законом о СМИ отказать, потому что в законе регламентировано, что любой поставщик исследования должен заниматься этим профессионально. У него должна быть регистрация и там должно быть написано, что он занимается исследованиями рынка, общественного мнения и т.д. Если приходят консалтеры или какие-то инициативные группы, которые представляют юридическое лицо, где просто нет этого вида деятельности — задумайтесь. В соответствии с этим законом они обязаны сказать, каким методом, в какой момент, по какой выборке, а самое главное — за чей счет они провели это исследование. И по большому счету должны это подписывать. Мы стараемся во всех исследованиях это подписывать. Только так можно избавиться от этой тли, которая опасна и может спровоцировать потрясения на рынке.
Когда я вижу, что Джоб.ру провел исследование, мне хочется вопить! Джоб.ру опирается на мнение людей, которые на данный момент ищут работу именно на Джоб.ру. Государство очень не хочет регулировать эту сферу. Но, может быть, это и правильно, потому что, если за дело возьмутся чиновники, боюсь, что и нам достанется. У нас огромное количество маркетинговых исследований. 250 человек работают в компании фултайм и 70-80 тысяч человек помогают нам ежемесячно. Представляете, какому количеству людей мы помогаем реализоваться в своей профессиональной социально-полезной деятельности и одновременно зарабатывать на жизнь.
...
При этом сейчас появляется огромное количество новых инструментов для опроса, когда можно поговорить о внутреннем мире человека, знаниях, предпочтениях, потребностях. И мерить поведение опросами становится, мягко говоря, абсурдно и как минимум неэффективно.
Как раз маркетинговые технологии помогают в политике. Выборы Трампа показали, как эти технологии работают в электоральном процессе. Аналитики и эксперты не предрекали победу Трампа, потому что его избирательный шаг имел нелинейный характер. Штаб Трампа использовал таргетирование, в которое внесли психодиагностический инструмент. Штаб собрал и проанализировал информацию в Фейсбуке и воспользовался этими рычагами в определенный момент. Они нашли спрос и удовлетворили его — это ничем не отличается от покупки гаджетов или иных товаров.
То есть маркетинговые технологии создали машину для управления обществом?
Если нами будут управлять, удовлетворяя наши потребности, — для этого власть и нужна. Но мы сейчас видим глобальный кризис политических элит. Рейтинги падают у всех лидеров — Макрона, Трампа, нашего президента, Папы Римского. Во всех странах, где люди говорят на тысячах языков, происходят одни и те же процессы. Приходит другое поколение политиков, какие-то фрики, но их время быстро пройдет. И появятся совершенно другие люди. Именно поэтому я с особым интересом хожу в аудитории и смотрю в глаза студентам. Потому что там может сидеть будущий премьер-министр или даже президент. И у тебя есть шанс в его голову что-то важное вложить, а не пугалку, как это часто бывает.
Зачем пугать-то? У меня есть ощущение, что сейчас все только начинается. Потому что завтра все будет по-другому. А как это будет, никто не знает. Дай бог нам мир сохранить и страну, чтобы было от чего отталкиваться. Вот я вижу приход этого нового поколения. Удивительного поколения, потому что между нами и ними нет конфликта отцов и детей. Они — просто другие. Они по нашим меркам слабые. Попади они в 60-е годы, скорее всего не выжили бы. Это первое поколение, которое просто начало жить, а мы все выживали.
Когда я вижу, что Джоб.ру провел исследование, мне хочется вопить! Джоб.ру опирается на мнение людей, которые на данный момент ищут работу именно на Джоб.ру. Государство очень не хочет регулировать эту сферу. Но, может быть, это и правильно, потому что, если за дело возьмутся чиновники, боюсь, что и нам достанется. У нас огромное количество маркетинговых исследований. 250 человек работают в компании фултайм и 70-80 тысяч человек помогают нам ежемесячно. Представляете, какому количеству людей мы помогаем реализоваться в своей профессиональной социально-полезной деятельности и одновременно зарабатывать на жизнь.
...
При этом сейчас появляется огромное количество новых инструментов для опроса, когда можно поговорить о внутреннем мире человека, знаниях, предпочтениях, потребностях. И мерить поведение опросами становится, мягко говоря, абсурдно и как минимум неэффективно.
Как раз маркетинговые технологии помогают в политике. Выборы Трампа показали, как эти технологии работают в электоральном процессе. Аналитики и эксперты не предрекали победу Трампа, потому что его избирательный шаг имел нелинейный характер. Штаб Трампа использовал таргетирование, в которое внесли психодиагностический инструмент. Штаб собрал и проанализировал информацию в Фейсбуке и воспользовался этими рычагами в определенный момент. Они нашли спрос и удовлетворили его — это ничем не отличается от покупки гаджетов или иных товаров.
То есть маркетинговые технологии создали машину для управления обществом?
Если нами будут управлять, удовлетворяя наши потребности, — для этого власть и нужна. Но мы сейчас видим глобальный кризис политических элит. Рейтинги падают у всех лидеров — Макрона, Трампа, нашего президента, Папы Римского. Во всех странах, где люди говорят на тысячах языков, происходят одни и те же процессы. Приходит другое поколение политиков, какие-то фрики, но их время быстро пройдет. И появятся совершенно другие люди. Именно поэтому я с особым интересом хожу в аудитории и смотрю в глаза студентам. Потому что там может сидеть будущий премьер-министр или даже президент. И у тебя есть шанс в его голову что-то важное вложить, а не пугалку, как это часто бывает.
Зачем пугать-то? У меня есть ощущение, что сейчас все только начинается. Потому что завтра все будет по-другому. А как это будет, никто не знает. Дай бог нам мир сохранить и страну, чтобы было от чего отталкиваться. Вот я вижу приход этого нового поколения. Удивительного поколения, потому что между нами и ними нет конфликта отцов и детей. Они — просто другие. Они по нашим меркам слабые. Попади они в 60-е годы, скорее всего не выжили бы. Это первое поколение, которое просто начало жить, а мы все выживали.
